ПИСЬМА С ЮГА


10 марта, четверг, 2005 г.
Привет ребята!

Я послал вам три письма, но вы не пишите ничего: получили ли?
Игрушку Никоше купил, Gameboy, нормальная, то, что надо, открывается как компьютер, в общем, купил, что следовало. Теперь еще бы довезти. А это, вот, уже проблематично.
Самому бы хоть добраться обратно, потому что с этой Еленой Соломоновной!...
  Умудрились потеряться только что в супермакете. Она же, как курица, зарылась там в тряпки, забыла даже, что оба мобильника у меня в сумке, я четыре раза обошел магазин (не маленький!..) и ее не обнаружил. Подумал, она, заполошная, потерялась, растерялась и побежала на остановку, чтобы ехать в отель в расчете, что я уже сбежал. Обошел еще раз, на улице посмотрел, и поехал сам, толком не зная, где этот отель и как его найти. Ехал какими-то минибасиками, это еще надо видеть, люди едут стоя на подножках, сидя на крышах, запрыгивая на ходу, машинешка вся брякает, вокруг моторикши, древние мотоциклетки с колясками для пассажира или велосипеды с такой же коляской, жизнь такая простецкая, ни правил движения, ни полицейских, кругом одни аборигены, их английского я не понимаю, и так-то не понимаю, а их акцент для меня вообще труба. Причем все вокруг незнакомое, и такое, как, например, в трущобном Крыму, когда по частному сектору ходишь, по улочкам этим, вспомните... Не знаю, как и добрался, но нашел. А эта ЕС очнулась только через два часа!. И звонит мне на мобильник из автомата. И еще ругается, обнаружив, что я уже в отеле! Нет, каково! Она меня тут точно забудет, и я останусь навсегда жить в банановой республике, где круглый год лето и по дорогам можно ехать как заблагорассудится, и сколько ни жди, не встретишь ни одного милиционера, ни ГАИшника.



From: Alex
To: Mar
Sent: Sataday, March 12, 2005
Subject: домой

Приветствую , мой ласковые!
 Сегодня перебрались на новое место, упрощенное, без ресторана, полуполевые условия, бунгало. Но зато глушь!! Тишина. ЕС воет белугой, конечно, ей комфорт подавай и т.д. посмотрим что завтра будет. А сегодня я ездил с нашим партнером на его машине в горы, знакомился с жизнью в их деревнях - хотя тут все вокруг одна и та же деревня - в лачугах, в домах, где нет электричества, но где люди все равно живут, улыбаются белозубо, у филиппинцев вообще прекрасные белые зубы. Рожают детей без меры, играют в баскетбол, в футбол, катаются на велосипедах, и без всякого телевизора вполне сносно себя чувствуют.
  Но хочу сообщить страшную новость, я оставил дома камеру. В расчете, что куплю здесь цифровую, но оказалось, что это здесь нисколько не дешевле, чем у нас, а главное, все камеры в магазинах здесь другой системы. Нам нужно pal , а здесь другие. Они не состыковываются с нашими телевизорами и т д. И остался я без камеры. И не на что снимать. Щелкаю Елены Соломоновны мыльницей, но что это! Вот это беда так беда.


----- Original Message -----
From: Alex
To: Mar
Sent: Sunday, March 13, 2005
Subject: домой

 Сегодня прощеное воскресение, простите меня мои милые за все, Никошенька, я с таким раскаянием часто вспоминаю, как я при тебе по телефону в Крыму кричал в трубку, что кому-то там выдерну ноги. Конечно, это была словесная фигура такая, я тогда был в отчаянии от происходивших на работе у себя плохих дел, и ничего на самом деле не подразумевалось подобного в действительности, так лишь для строгости говорят, но как представлю только, как ты, маленький и все воспринимавший буквально, смотрел на меня испуганными глазами и в то же время улыбался по-прежнему, мы с тобой так мило куда-то вместе тогда шли. Гуляли по санаторию... Как представлю себе, какой ужас на тебя, маленького, я тогда навел, что ты даже заболел до конца нашего там отдыха... просто жутко становится. Прости меня, милый, за мою несдержанность.


From: "Alex"
To: Mar
Sent: Monday, March 14, 2005
Subject: домой


  Напишу, Никоша, какие рыбы тут водятся, вернее, каких видел. Видел морскую звезду, таскал ее руками, величиной с большое блюдо. Ежи, конечно, которых опасаешься, чтобы не наступить. маленькие рыбешки разноцветные. Не так как в Красном море, в Египте, там просто как в аквариуме плаваешь, но тоже попадаются. И такая попалась! Даже две подряд видел. Змеи водные. Ведь не рыбы, плавников нет. И не плавает поверху, как обычные змеи, а, извиваясь,ползет по дну. Залезет в куст травы и притаится. Длиной с полметра. Толстенькая такая, светлая, и с темными треугольниками по спине. Я испугался поначалу, страшно, когда над ней в маске завис. Бог его знает, что ей в голову придет. Но она от меня задала деру и в куст. И потом еще рот увидел ее, такое вытянутое рыльцо и губы вытянутые трубочкой как у червя. Наверное, это и есть червь. Немертины, или как там назвать... только гигантские. Все-таки тропики, свой животный мир, и водяной тоже. Чуть позже у самого берега под кустом еще толще тело такой же зверюги видел. А утром сегодня видел небольшую рыбку, плавала недалеко от берега, круглая как шарик и вся в иголках, сзади только хвостик торчит. Сама как шарик, с иголочками ежика, но плавники, что удивительно, тоненькие, нежненькие и прозрачные и она ими трепыхается, как бабочка. Удивительное создание.
    А вокруг кругом пальмы растут, кокосы висят, в санаториях под ними даже написано Watch out! Of falling coconuts. потому что упадет такой на голову, ушибет до смерти. И каждый день по зарубкам на стволе абориген с флягой на спине забирается на самую верхушку, чтобы со срезов стеблей собирать сок. Для уксуса , для вина. Сам по себе кокосовый сок не очень сладкий. Как березовый сок, скажем. Послаще белый слой внутри, что выстилает место, где сок содержится. Зато масло кокосовое для жарки хорошо.

From: "Alex"

To:<Mar
Sent: Wednesday, March 16, 2005
Subject: домой

Привет с синего моря!
 Никоша, цвет game-boy'я голубой. Зеленого, к сожалению не было. Кстати, я тут видел в одном из пансионатов, а мы уже в четвертом живем, Лена Соломновна меня затаскала, так вот в одном из пансионатов видел, как в такой game-boy играл взрослый дядя, оказалось потом немец, отдыхающий здесь, и вполне серьезно что-то там пальцем нажимал. Я даже удивился.
  Сегодня опять плавал с маской, и сделал открытие для себя. Все плавал прежде и замечал, что по сравнению с Красным морем, пусто тут, рыб мало, плаваешь, только на водоросли и любуешься. Водоросли могут быть очень интересны, всяких-всяких форм, такие даже не напридумываешь. И цветов тоже совершенно неожиданных. Но животного мира мало. Не замечал. А тут я поплыл было тихо, вообще перестал шевелить руками, и обратил внимание, что, оказывается, живой мир меня просто боится. А если подпылвать очень незаметно, что достаточно сложно сделать, ты же наверху, видим им снизу на фоне неба гораздо лучше , чем они тебе. Но если все же постараться подкрасться, то успеешь заметить, как все они от тебя прячутся. Рыбки в укрытие, всякие штучки в дырочки в песке. Валятеся, например, каменюга, старый как мир, весь издъеденный временем, в дырьях, потрескавшийся. Лежит себе один. Ан нет, если незаметно подплыть, увидишь, что, оказывается, в каждой дырочке кто-то живет. В самой большой , конечно обитает морской еж, такие длинные иглы, очень неприятно, если на такого наступишь, в трещинках маленькие рыбешки забились, а в каждом малюсеньком отверстии, как сверлом просверленном, в каждой поре, как в норке, тоже кто-то обитает, то розеточка цветная, при твоем приближении сразу туда исчезнувшая, то зонтик, сложившийся и туда втянутый мгновенно, то лепесточек, то веер, то еще какая-нибудь штучка, торчащая и развевающаяся в воде стебельком, но хвостиком или, наоборот, тельцем сидящая все равно в своем отверстии и превращающаяся при опасности в ниточку - и сразу, как на резиночке, юрк в дырочку, и нет ее. А в таких же маленьких норках в песке обитают маленькие осминожки. Настоящие осминожки с мохнатыми своими щупальцами, только маленькие. В общем, оказывается, богатый такой мир!
   Мы сейчас живем недалеко от Бурбона, городка, где наш партнер проживает, далеко не молодой уже датчанин, Ханс, шесть или семь лет назад уехавший на Филиппины, завел маленькое дело, даже женился и ребенка мулата родил, фотографии я вам потом его покажу. Сегодня ходил пешком в городок. Пять километров. Все посмотрел, вся дорога вдоль в домиках, все торгуют, что-то делают, кокосы перерабатывают, бамбук рубят на дранку, жизнь настоящая, короче. Вот бы была камера! Так жалею. И вдоль дороги почти в каждом домике лавчонка, пиво, колу продают, еще какие-то мелочи.
  А в наших бунгало, где мы живем, однокомнатые домики, с кондиционером, конечно, но очень простые в остальном, прямо на лужайке под пальмами, - Единственное достаточно комфортное место во всем номере, это туалет, унитаз настоящий с канализацией, вода в раковину течет, и душ есть. Так вот туда после наступления темноты, а наступает она в 6 часов вечера здесь, в тропиках, туда, хотя там и свет зажигается, все равно заходишь с опаской. Окошко наверху там не заделано сеткой, и в него обязательно что-то залазит. То гекон, это ящерки, но они-то желательны, они везде тут и в доме и вне дома и внутри комнаты лазят по стенам и на москитов охотятся. Эти пусть. Но может оказаться и паук, и сороконожка, вернее здесь тысяченожка, а то и таракан - а может это и не таракан - величиной с Никошин кулак, все это ползает по белому чистому кафелю и наводит ужас. А паука - громадный такой - тут вечером как-то я гонял сначала по стенам душевой, размахивая тапком, потом он ворвался в комнату. я его еще гонял по полу, под кроватью, по стенам над столом, пока не выгнал за наружную дверь. С темнотой даже дверь в ванную боишься открывать, какие-то кваканья оттуда, щелканья, совершенно незнакомые звуки доносятся, уж не знаешь, то ли в ванной это, то ли на задах дома, куда и не зайдешь в темноте, кусты, кактусовый забор, страшно. И звуки залетают через маленькое окошечко в ванной, открывающееся в дикую какую-то природу, просто в чертовщину какую-то.
  Короче, ванная здесь, стерильная, белая, выложенная кафелем, - это преддверие дикой сельвы, нечто такое мистическое. Все приходит к нам оттуда, все неизвестное. А с фронтальной части сплошная знакомая цивилизация. И Ханс каждый день на машине приезжает, чтобы забрать нас к себе в гости, в комфорт и уют.
  А уж маленькие муравьишки, те просто тропами по всему домику ходят. . Такие мелкие, как наши от мусоропровода муравьишки, еле глазом видные. Так эти мелкие... я как-то открываю дверь, а они собрались кружком, гурьбой, не знаю, сотни две, что-ли, штук, и ко мне в комнату еще какого-то паука дохлого тащат. Но я не дал им, отшвырнул сандалем. Так они потом его на крыльце так и сожрали, несколько часов плотный кружок такой из сотен муравьишек на кафеле перед домом держался, пока останки от паука в этом кружочке, в этой рыженьком пятнышке из муравьев не исчезли совсем. Но сплю как убитый (Никоша, это словесная фигура), никто еще не укусил. И даже ЕС у себя в домике тоже успокоилась. Но завтра утром опять перебираемся на другое место. Куда-то потащило ее опять, в какой-то еще там зашибенный курорт-не-курорт, ну не знаю, как они называются, на каком-то островке. Завтра утром уже и снимаемся. А как тут хорошо было. И дешево, и в ресторане питаться не надо, Елену Соломоновну готовить на газовой плите припахал, вот уж настрадалась... И никого нет вообще в этом божьем месте, так что Ханс на ночь родственника своей жены, аборигена, пригонял сюда, чтобы тот территорию этого заведения караулил. Территория-то огромная. И он всю ночь не спит, и незаметно для нас нас блюдет.
  Ну все, спок ночи, целую вас.



From: Alex
To: Mar
Sent: Wednesday, March 16, 2005
Subject: домой

Ну вот, наконец, ЕС дорвалась до желанного. Завезли нас аборигены лодкой километров за десять в море на маленький, метров всего сто-двести в диаметре, обитаемый остров, обитаемый исключительно персоналом этого курортика, и вот я теперь сижу на балкончике номера, стоящего на сваях прямо на воде. Внизу, под балкончиком, вода плещет, вокруг море, ветерок задувает, и я печатаю вам на компьютере письмо. Лена Соломоновна подобно земноводной рептилии залезла в чистую прозрачную воду и довольная жизнью, заявила, что о таком не смела и мечтать. Тем не менее, потом пошла покачала права, накрутила хвоста персоналу, - кстати мы тут одни на весь курортик, народа почему-то везде мало - чтобы нас переселили в номера с кондиционером , мол де на берегу обещали за ту же цену. И добилась-таки своего. Вообще я ЕС завидую, она так легко , свободно общается на английском, будто это ее родной язык. Мало того, что любит поговорить, другими словами, потрепаться, чего я терпеть не могу, так ведь и поговорить, потрепаться любит и на английском!. И разговаривает с кем угодно. Находит и тему, и возможность потрепаться везде. Общительная до ужаса. А я, когда потерялся в супермакете, с трудом дорогу до дома нашел, ничего не понимал, что объясняют мне местные люди. Этот английский, на котором говорят аборигены на Филиппинах, вообще что-то жуткое, но ЕС и в нем плавает как рыба, ну как я, например, разговаривай с малороссом. А я, когда в горы с Хансом ездил и объяснялся с ним, и на нормальном английском объяснялся, то и сам, как папуас, больше руками. Но тем не менее, мы с ним остались довольны друг другом и поняли друг друга во всем , что касалось первозданной природы, непритязательной жизни, чистого воздуха и отсутствия проклятой цивилизации. И хорошо, что женщины в этот момент оставались дома. О них мы тоже составили одно и то же мнение.
   Так что навела ЕС порядок, я в это время плавал с маской, и понял преимущество нахождения далеко в океане на малюсеньком коралловом острове. Видно было не только дно, но было видно и далеко вдаль.
   Ждите, напишу потом дальше.


Маша, я тебе не говорил, что встречался с Путиным? Сегодня ночью мне приснилось то, что я вспоминаю во сне свою встречу с Путиным, и я проснулся в полной уверенности, что тебе о встрече уже рассказывал, и сейчас еще в недоумении, было ли это на самом деле или во сне я вспоминал свой же СОН, как я встречался в нем с Путиным. Какая-то белиберда. Если не рассказывал, значит не было встречи. Значит во сне. И даже логически подойти, подтверждение того, что ее не было, еще и в том, например, что я не помню вспышек фотоаппаратов. Значит, не было. Сон мой это как-то не предусмотрел, прокол во сне вышел. Вспышки были бы обязательно, поскольку это была какая-то показушная, для меня случайная, встреча Путина с народом, а там обязательно блицы должны были быть.
   Это было пять утра. Я мучился этом вопросом, еще лежа с закрытыми глазами, так была или не была встреча, даже раздражение возникло, что не могу ничего понять.
   Потом, думая, что надо это записать, чтобы разобраться днем, а то засплю, пересиливаю себя, открываю глаза в темноте - и тут тоже что-то фантастическое! Ужас! Даже волосы встали дыбом. Я уже говорил, что номера наши расположены в домиках, стоящих на сваях прямо в воде? Под комнатой плещется море, балконные застекленные двери раздвинуты полностью, чтобы не было жарко, и прямо с кровати, в ощущении, что она плывет по воде, и в еще совершеннейшей темноте было видно, как над морем длинной чуть светящейся ядовитой красной полоской по горизонту занимается рассвет. Все темное, черное даже, облачное, хмурое, жуткое. Небо, опускающееся на море, чернейшее, мрачнейшее, а по горизонту, между небом и морем чуть видная ниточка. Я даже нечто зловещее поначалу во всем этом почувствовал.

 

From: "Alex"
To: Mar
Sent: Friday, March 18, 2005
Subject: домой



 Послал четыре письма пронумерованные. Читайте по порядку, а то непонятно будет.
 Ты решила, что у меня крыша съехала? А напрасно. Очень интересный был сон. Ощущение того, что из одного сна попадаешь в другой сон, в котором видишь себя смотрящего в том другом сне еще один сон. Напрасно ты так легкомысленно. Кстати, всю ночь бушевал тайфун на Филиппинах, а когда я проснулся, была уже полнейшая тишина и только зловещая полоска рассвета, узенькая золотая полоска на сплошь черном фоне, снизу и сверху, как бы разделяющая миры. Провал. Щель. Расщелина, как у Кастанеды.

Привет с синего моря!
  Продолжаю, Никоша, про каменюги. Оказывается и то, что я рассказал, не все. По вечерам в темноте, я точно еще не установил когда, есть какое-то определенное время, часа полтора - два после захода солнца, начинают появляться из этих каменюг и светиться какие-то рачки. Получается так, что достаточно короткий период времени , минут пять-семь, начинают то тут, то там появляться какие-то искорки. Даже не искорки, а импульсы света, как будто зажигаются под водой маленькие фонарики. Зажегся такой свет и пропал. В следующий раз зажегся такой же в другом месте. Все это в тихую погоду, когда нет волны. А однажды у берега в грязной воде даже какое-то долгое свечение происходило, спиральки, змейки рассыпчатого света, как будто горящим угольком в ночной темноте в воздухе кто-то помахал, так и тут эти рачки, быстро передвигаясь, умудрялись люминесцировать и мутную, со взвесями , воду. Так это было красиво и неожиданно.
  Но звездочки эти были вчера вечером. Кстати, я уже говорил, что темнеет тут сейчас в шесть вечера, светает тоже в шесть уже утра, и звездное небо здесь совершенно отлично от нашего. Например, над головой появляется не Большая и Малая медведицы, а созвездие Орион. А полярная звезда не наверху, как у нас, в северной широте, а почти у горизонта, тут ведь считай экватор. Большая медведица с вечера даже хвост свой из-за горизонта долго вытащить не может, в отличие от нашего вечернего звездного неба, где Большая медведица всегда во всей полноте. А от Малой медведицы тут всего лишь полярная звезда, сам ковш вообще где-то под горизонтом. А месяц тоже не как у нас , который начинает зарождаться справа и растет влево до полнолуния. Здесь он зарождается снизу и растет вверх. Все не как у людей!
  Так вот звездочки эти были вчера вечером. А сегодня утром я поплыл с маской с нового места, с мостков. И вот радость чистой воды и отдаленности от жилых мест: рыбы было даже больше, чем на Красном море. Даже сейчас печатаю это , сидя на балконе, и подо мной плавают живые рыбины.Но не о них речь. Опять тут пород миллион. Видел и своих старых знакомых, "шпажек", рыбок похожих на иглу, которых опасаешься, что они насквозь тебя пройти могут. С глазом где-то около середины туловища. Часто держащиеся рядом. Которые любят зависать . И смотреть. Нос у них как шпажка длиной почти с половину туловища, туловища нет практически, а хвост вообще как ниточка. Которая и вдернута в эту иголочку. Но оказались совершенно добродушные создания, я видел как они открывали рот, ловя что-то на поверхности, так это получалось как клюв у бекаса, такой ротик длины. И зачем им такой, чтобы какую-то малость с поверхности собирать... Но как говорится, каждый по-своему с ума сходит. Потом много голубых очаровательных звезд. Видел и опять похожих на змей - полно их, оказались именно гигантские черви. Какие-то малоподвижные, я его на прутик поднимаю, а он обвисает пустой оболочкой и все содержимое скатывается куда-то вниз. Выпустишь, он опять наполняется и спереди дырка начинает вбирать в себя воду и ил. Величиной больше метра червячок. Хотя та змея, прежняя, была более подвижна, на змею именно похожа.

From: Alex
To: Mar
Sent: Friday, March 18, 2005
Subject: домой


  Кстати, есть мир совершенно отличный от нашего. Звезды эти морские , например. И отличный от нас по времени. У нас реакция на что-то происходит в доли секунды, у рыбок еще быстрее, то есть они уворачиваются от наших рук. А морские звезды... для нас они вообще что-то камнеподобное, как раковины. Как что-то неживое. Ее возьмешь в руки, она даже и не гнется. Не то, чтобы трепыхаться, дергаться конвульсивно, стараться вывернуться. и эти лучи ее не разогнуть. А ведь они гнутся, я видел, как звезда забиралась на камень, видел, как она в воде загнула эти лучи вокруг него. Для меня она была в неподвижной позиции. Лучи только загнуты. А для нее шел процесс вскарабкивания на камень. И через день другой, я думаю, она уже будет на камне. Совершенно по-разному течет время для нас и для них. Или, например, валяются на мелководье такие подобия продолговатых кусков резины. Есть такая резина вулканическая, пористая. Щели ею затыкают. Но эта гладкая, и с концов зауженная, и с одной стороны отверстие есть. Лежит в виде огромной какашки, черная, вся покрытая илом, мягкая, и не шевелится. И лежит так всегда. Думаешь, кусок мертвой какашки, или резины, а на деле нет, оказывается, живое существо, какая-то живая субстанция. Хотя жизни в ней на глаз ты и не увидишь. А то вон какой-то хищник гоняет молодь. Видно по поверхности спинка маленькой рыбки режет воду, выделывая зигзаги, чтобы увернуться от хищной пасти. И, резко набирая скорость, вдруг рыбка выскакивает на поверхность просто уже со скоростью пули и летит по поверхности , как "блинчик", шлепая только о воду хвостиком. И как ей удается только так долго лететь , метров пятьдесят, я думаю, никакому "блинчику" не хватило бы инерции. Но мало того, вдруг видишь, что и ее преследователь, рыбища раз в пятьдесят большая своей жертвы, тоже выскакивает на поверхность и тоже несется со страшной скоростью, повернувшись на бок с тем, чтобы сделать больше площадь "блинчика" и помогая себе хвостищем, хотя, по-хорошему, при таком весе у нее не должно было получиться ни одного "блинчика". И наконец оба скрываются под водой.
  Вот совершенно разные временные отношения с жизнью. Отношения со временем. Рыб и морских звезд. Скорости их до такой степени несопоставимы, что, я думаю, они друг друга и не воспринимают. Их жизни не пересекаются. Как, скажем, жизни наши и каких-нибудь инопланетян из созвездия Плеяд.

 

From: Alex
To: Mar
Sent: Friday, March 18, 2005


Никоша, это тебе последнее письмо, сосредоточься…
   Есть придонная рыбка совершенно похожая на ящерицу. Она все время сидит то на камне, то на дне. Пугнешь ее, она переплывает на другое место, и снова садится, в отличие от настоящих рыб, которые практически всегда в плавающем состоянии. И хвост у нее длинный и глаза так же моргают, как у ящерицы. Вспомни, малыш, игуану. Это вообще ни в какие ворота уже, моргают совершенно не по-рыбьи.
   Но это, скажем, все придонное. А я сегодня плавал и до глубины метров тридцати, я думаю, когда уже переставало что-либо быть видным, и одна сгущающаяся синь. Но пока видно, ты плаваешь над кораллами. Везде тут остатки вулканической породы на дне, огромные валуны, иногда пористые, как образовывалась лава, иногда покрытые всякого рода растениями, такие невообразимые, то как гирлянды, то как бархат, то как пушистый мех, который колышется от течения, и так и хочется его погладить, то покрыты кораллами зелеными, фиолетовыми, коричневыми, красными, каких только нет! Плыть одно обворожение. Просто любуешься на этот сказочный водный лес. И кораллы не только разных цветов, но и разных видов, то как сучковатый саксаул, то как пупырчатый огромнейший гриб, или даже круглый стол, то летающая тарелка, то как на картинках в форме человеческой мозговой подкорки. И все это кораллы. Так мало и этого, еще и рыбы! Сколько их пород и конфигураций, я даже не берусь описать. Но видел несколько раз ската, этакий серьезный хозяин территории, все от него шарахаются и он как мрачное потустороннее существо, как привидение, вдруг вспорхнет со дна, где его и не видел до того, потому что он был покрыт илом, и пойдет летать в манере дельтаплана, поводя длинным крысиным хвостом, плавно облетая камни, рифы, склоны провалов, всех распугивая и потом опять зароется в ил.
   А то я еще видел кальмара. Это оказывается не такая мягонькая тряпица. Совсем не наподобие медузы, хотя и способ их передвижения одинаков - реактивный, за счет выталкиваемой при сокращении внутренностей из себя струи воды. Это оказывается вполне скелетообразное твердое существо. Проплываю над "полянкой", ну, так назвать песчаный промежуток между большими валунами и коралловыми рифами, смотрю, что-то на дне, метров на три вниз, валяется. Какой-то утюг. Вернее калоша. Но огромная, штуки три нашего кота Чая сложить вместе. И что-то мне показалось подозрительным в этой мертвой штуке. И потом понял, что это глаз. У нее, у этой калоши гигантской, ближе к заднику, к плоской пятке этой калоши, есть глаза, и один на меня смотрит. Я нырнул, помахал перед ним - ноль внимания. Думаю, камень такой. Но уж очень симметричный. Я его качнул, он не перевернулся, но качнулся, и какое-то движение произвел. И опять стоит. Значит не камень, слишком легок. И тогда я подумал, так это кальмар, наверное. Нырнул еще раз и сверху его с опаской какой-то штуковиной постукал, полагая, что буду стучать по мягкому, ведь это же реактивный мешок, медуза большая, а там оказалась кость! Получается, все эти три Чая сплошная кость. Я даже оторопел. И калошеобразное существо такого тоже не стерпело, вдруг со стороны пятки выпустило какие-то медузьи ошметки и полетело совершенно в неожиданном направлении. Носком калоши вперед. Хотя глаза остались в задней части, просто за ними образовалось еще такая же половина тела, это и был реактивный мешок. И полетел он быстро и видно очень недовольный мной. Глаз свирепый, с неземным глубоководным выражением, так на меня и косил. Я было за ним, но он поддал и умчался.
   Ну, а с миллионом рыбок плавающих вокруг совсем другое дело, с ними наоборот весело. Они совершенно тебя не боятся. Не то, что ты можешь их зацепить рукой, они удирают, но тут же вокруг тебя и вьются. Некоторые забияки, даже делают вид , что на тебя напускаются, другие плавают кругами. Я сначала думал, что это они такое дружелюбие проявляют, этакое человеколюбие, а оказалось все прозаично. Однажды проплывал мимо клочок оторвавшейся морской травы, я взял его и стал им крутить, рыбы сразу к нему бросились. Видимо, что-то съедобное глотали. Потом я бросил разорвавшийся клочок и стал просто шевелить руками, и рыбки опять подплыли ко мне, около рук стали крутиться. Я говорю о небольших цветных и разноцветных рыбках, которые окружают тебя всюду. Оказывается, я создаю руками какое-то движение в верхнем слое воды, где – посмотришь на солнце – бесконечно плывет планктон, какие-то беленькие точечки, какие-то микроорганизмы, которые и являются для нехищных рыб пищей. И когда я машу руками, я что-то произвожу среди этого планктона такое, что рыбам нравится, им, похоже, удобнее его есть. Махал, махал я мелочь вокруг меня крутилась, а потом вдруг вижу, из под руки сбоку выплывает такая огромная харя, огромная рыбина на мои манипуляции даже клюнула, так что я от неожиданности испугался. Но это оказалась миролюбивая рыба, большой такой теленок. Она –ее расцветку я запомнил – потом по всему маршруту за мной плыла в кильватере, держась в отдалении. Я остановлюсь, оглянусь, она как бы застесняется , травку щиплет, я поплыл, она опять в пузырьках воздуха, что от меня остаются, за мной плывет. Какую-то турбуленцию, полезную для питания, я создаю. Вот и все, и никакое не дружелюбие. Все у них тут корыстно. Видишь, например, как одна длинная, похожая на щуку, рыба остановилась на плаву и приоткрыла одну жабру, а другая маленькая бело-голубая полосатая рыбочка, которую я уже не раз заставал за этим занятием, она на этом в рыбном мире, видимо, специализируется, у большой рыбы под жаброй каких-то паразитиков ищет. И выклевывает. Думаешь сначала, это у них дружба, это у них чувства, а на самом деле, этому маленькому «другу» паразиты большого «друга» являются просто пищей. Так в природе прозаически заведено, и рыбы прилипалы есть, и лоцманы, и санитары, и паразитоеды, и питающиеся илом и т.д., и все друг за счет друга существуют и друг другу за счет своего существования помогают, и все это у прозаических ученых называется, если не ошибаюсь, симбиозом, то есть, сосуществованием разных видов.

 

----- Original Message -----
From: Alex
To: Mar
Sent: Monday, March 21, 2005
Subject: домой



   А вот картинка: над шарообразным кустом коралла, напоминающим цветом и структурой цветок клевера, такие же пестики, торчащие очень густо от сердцевины, но только цветок огромный , величиной, скажем, с большой снежный ком для снежной бабы. И над этим цветком-кораллом – а надо представлять, что все эти «пестики» коралла твердые, камнеобразые, - над этим большим красным шаром плавают маленькие голубенькие рыбки. Это мальки. Пониже плавают одинаковые, длиной по сантиметру, а еще выше, отчаянные, радостно резвящиеся, видимо, вообще только недавно из икринок вылупившиеся, но тоже все как на подбор одинаковые мальки-малютки, как голубые мошки. Видимо, рыба-мать икру мечет прямо на этот коралл, промежутки между «пестиками» для них защита, и когда мальки выводятся, они внутри этого цветка клевера и находят укрытие - туда большие рыбы, желающие съесть мальков, не могут ртом добраться. Коралл этот является для мальков домом. Так вот эти голубые рыбочки двумя ярусами, одни постарше, держащиеся пониже, – детсадовская группа «А», и другие – поменьше, держащиеся повыше, детсадовская группа «б», танцуют голубыми мошками над красным клеверным круглым красавцем кораллом, но при приближении любой большой рыбы, они тотчас исчезают у коралла внутри. И что интересно, это исчезновение у них так хорошо отработано, что они никогда не столкнутся в панике, будто у них, мальков, у каждого свое место, свой пестик, своя норка. И они к этой норке, как резиночкой привязаны. Попрыгали, попрыгали над цветком, вдруг большая рыба – они танцуют пониже, поближе к укрытию, рыба ближе, они юрк и все внутри. Рыба проплыла дальше – они все тотчас наружи, на резиночке болтаются, танцуют и резвятся, чтобы при опасности, а она с новой рыбой через две секунды уже приходит, они вновь резиночками втянулись на свое место.
   Вьются голубые пчелки-мошки над цветком, и вдруг как по команде бросаются опылять красные тычинки и исчезают у цветка в его середине.
   Все прозаично, все друг друга съесть готовы, все это понимают и научаются делать все так, чтобы на съедение другому не достаться, и так живут, и только человек своей фантазией их жизнь облагораживает и находит в этом их прозаичном существовании и красоту, и радость.
    Пока, малыш, пока.